Деревня Укань меняет китайскую модель

Китайская модель «взорвала» обитателей села Укан на юге Китая, и сейчас они получили над ней победу.

Китайская модель — это термин, который с гордостью ввели ученые-марксисты из Китайской академии соц наук. Действия, которые принудили обитателей всего села протестировать в течение 3 месяцев, является обычным примером деяния этой модели.

В Китае местные администрации в реальности перевоплотился в землевладельцев, которые имеют возможности продавать землю (либо право на использование землей) застройщикам.

Местные бюрократы выплачивают малые компенсации крестьянам, которым эти земли принадлежали ранее, а от застройщика получают в 50 раз больше.

На теоретическом уровне, фермеры должны получать долю от реализации земли. Но через коррупцию крестьянам обычно компенсируют сильно мало, а бюрократы, завлеченные к операции, получают основную выгоду.

По оценкам, 60-70% дохода местного бюджета составляет продажа земли застройщикам. Эта деятельность не только лишь помогает бюрократам обогатиться, да и порождает высочайшие характеристики валового внутреннего продукта (ВВП), которые компартия употребляет для оценки результатов работы местных администраций.

На самом деле, китайская модель представляет собой комбинацию политической диктатуры и показателя ВВП, который стимулируется коррупцией на всех уровнях режима компартии.

Существует огромное количество случаев, когда люди, потерявшие свои земляные участки, протестовали, обращались с апелляциями к центральной власти, отрешались переезжать и даже делали самосожжения в попытке приостановить конфискацию собственной земли и разрушение собственных домов.

Все же, они столкнулись с насильным угнетением со стороны местных администраций и равнодушием высших управляющих. Таким макаром, гнев и недовольство на несправедливость и беззаконие накопились по всей стране.

Деревня Укань

Укань является рыбацким поселком с популяцией в 20 000 человек в окружении Луфэн провинции Гуандун.

Начиная с июня 2009 года, обитатели этого села сделали 11 визитов местных и провинциальных администраций, жалуясь, что главы села и секретарь компартии незаконно продали около 67 акров земли (около 28 гектаров) застройщику из Гонконга. Но их воззвания оказались безрезультативными.

21 сентября 2011 обитатели Укань начали трехмесячный бой с местной милицией и бюрократами за свои права. В процессе этого противоборства полиция ворвалась в село, избила протестующих, арестовала представителей фермеров и, как сообщалось, пытала их до погибели.

Разгневанные фермеры объявили стачку и двинулись маршем к городской администрации, чтоб протестовать. Они прогнали сельского председателя и секретаря компартии и назначенных партией членов сельского совета, также установили собственный свой независящий комитет, избранный различными семьями.

Услышав анонсы о том, что полиция планирует придти и арестовать больше людей, фермеры забаррикадировали дороги и заблокировали все входы. Хотя полиция приостановила поставки продовольствия, воды и электричества, а бойцы окружили деревню, обитатели Укань были готовы умереть за свою землю.

Сила СМИ

Некие репортеры находились рядом с селом для освещения этого действия.

Укань — сравнимо богатое селение в самой богатой провинции Китая — Гуандун, которая по уровню развития следует за Гонконгом. Местные обитатели привыкли глядеть гонконгские телеканалы, также имеют тесноватые связи там.

Когда английская газета Daily Telegraph заинтересовала забугорных СМИ к событию, гонконгские репортеры потаенно просочились в село.

Фермеры относились к забугорных репортеров, как к друзьям. Через постоянную пропаганду режима компартии против зарубежных СМИ, многие китайцы настороженно относятся к ним, даже если они очень нуждаются в помощи зарубежных СМИ. Но фермеры с Укань вели себя по-другому.

В решающий момент китайские СМИ как обычно хранили молчание. Они обожают освещать движение «захвати Уолл Стрит» в Нью-Йорке, но им запрещено докладывать об «оккупации Укань».

Фермеры сделали пресс-центр и использовали зарубежных репортеров, чтоб передавать миру свои сообщения. Они боролись против коррумпированных чиновников, а не компартии.

Но от кровавой экзекуции их выручила не поддержка зарубежных СМИ. Студенты на площади Тяньаньмэнь [в 1989 году] занимали такую же позицию, но их движение подавили танками и пулями.

Весь процесс противоборства в селе Укан отснятый на камеру и распространился с неописуемой скоростью в вебе, потому за этими событиями следил весь мир.

Беспримерные переговоры

Таким макаром, заместо того чтоб развязать бойню, заместитель провинциального секретаря партии Чжу Минго пришел в село и признал требования протестующих оптимальными. В первый раз, режим компартии согласился на переговоры с обыкновенными гражданами.

Чжу принял требования села, возвратил землю назад крестьянам, вывел милицию и попросил обитателей села возвратиться к обычной жизни.

Многие наблюдатели скептически относятся к результату, считая, что такое поведение чиновников — менее чем временная стратегия. Как зарубежные репортеры покинут село, компартия попробует поделить сплоченную группу фермеров и начнет персонально тревожить и запугивать тех, кто учавствовал в протестах.

Но волнения разрешились мирным методом, независящий комитет распался, а фаворит акций протеста избрал нового главу села. Если компартия начнет мстить, местные люди больше никогда не поверят власти.

Итог «уканьского инцидента» оставил китайскую модель в состоянии неопределенности. Тем временем, ее подменяет «модель Укан».

Майкл Янг — китайско-американский писатель из Вашингтона. Создатель статей об отношениях США и КНР.