Экономика Китая на распутье

Рост положительного сальдо торгового баланса Китая в марте ($5,35 миллиардов заместо предсказуемых $3,15 миллиардов недостатка) показывает на то, что спрос на внутреннем рынке Китая продолжает падать, отчасти через антиинфляционные меры правительства.

Сначала 2012 года правительство Вэнь Цзябао решил охладить перегретую экономику Китая, утвердив цель годичного роста в 7,5%. В 2011 году эта цифра составляла 9,2%. Искусственное замедление темпов роста не много, по словам премьера, содействовать реструктуризации китайской экономики с учетом заморочек экологии, устойчивого развития и интересов обычных китайцев.

«Кейнсианская» интерлюдия

На фоне стагнации в США и долгового кризиса Еврозоны экономика Китая до ближайшего времени демонстрировала чудеса стойкости. Невзирая на существенное падение объемов экспорта в 2008-2010 годах, Поднебесная смогла сохранить заоблачные для других больших экономик темпы роста (10,4% ВВП в 2010 году). В отличие от западных правительств, что догматически следуют заветы фискальной дисциплины и экономии, Пекин в ответ на препядствия на наружных рынках взял на вооружение изгнано на задворки экономической политики кейнсианство, сделав основной упор на стимулирование совокупного спроса, сочетая государственное инвестирование и понижение процентных ставок.

Уже в активной фазе банковского кризиса в США в конце 2008 года китайские власти объявили о запуске программки муниципального стимулирования экономики до 2010 года объемом $586 миллиардов, большая часть средств которой пошла на развитие инфраструктуры, строительства, денежной сферы и социальной политики (строительство школ, больниц и прочее). В конце 2011 года на фоне активного муниципального инвестирования стали приметны симптомы перегрева экономики: инфляция, ценовой пузырь на рынке недвижимости, рост процентных ставок и недочет финансирования. «Кейнсианская» интерлюдия оказалась очень недлинной даже для большущего китайского рынка.

В пенаты реформизма

Полностью может быть, что в этой сложной ситуации правительство реформиста Веня пойдет по пути предстоящей либерализации экономики. Будет ли это продолжением обычного китайского экономического градуализма либо полномасштабным либеральным поворотом, пока трудно сказать, но уже на данный момент можно следить новый подъем настроений реформистов в китайской элите.

Так, прямо за увеличением процентных ставок, что было поначалу осуществлено правительством как средство борьбы с перегревом экономики, 3 апреля Вэнь Цзябао выразил недовольство монополией муниципальных китайских банков (так именуемой «большой четверки»), которые, по словам премьера, «слишком просто делают прибыль». Муниципальным банкам в упрек ставится создание лишних льгот в кредитовании госпредприятий и игнорирование денежных потребностей среднего и малого бизнеса, который обязан находить средства на теневом кредитном рынке. Последний, по данным Народного Банка Китая, в конце 2010 года составил 5,6% от общего объема кредитования с процентными ставками, доходящими до 100%.

Решение этой задачи правительство лицезреет в вливании личного капитала в региональные денежные университеты и ослаблении законодательных приемуществ муниципальных банков. Денежные реформы в этом направлении уже были одобрены Пекином сначала апреля в городском окружении Вэньчжоу, где посреди иных мероприятий планируется легализация сероватого кредитного рынка.

На повестке денька предстоящая либерализация зарубежных денежных потоков. Правительство Веня одобрил увеличение квоты каждогодних зарубежных институциональных инвестиций с $50 до $80 миллиардов. Либерализация коснется также китайского фондового рынка. Зарубежные инвесторы сумеют вкладывать в китайские ценные бумаги на $7,9 миллиардов больше при условии, что операции будут проводить в юанях.

А далее..

В какой мере Китай продолжит либерализацию собственной экономической и политической системы в значимой степени будет зависеть от 18-го съезда КПК в конце этого года, на котором два члена неизменного комитета КПК Си Цзиньпин и Ли Кэцян, вероятнее всего, будут выбраны в согласовании генеральным секретарем КПК и главой правительства КНР. Си Цзиньпин, отпрыск 1-го из бывших партийных фаворитов, продвинутый ним за счет собственного воздействия на огромную политику, принадлежит к «елітистської» снутри группы высшего управления КПК, что выступает за либерализацию экономики, продолжение усиленного экономического роста, меньше финансирование соц программ и ускорение модернизации.

Но ожидать конструктивного правого поворота в китайской политике не представляется вероятным, так как политическая система Китая продолжает оставаться инертной, а принципиальные решения принимаются с оглядкой на мировоззрение консервативно настроенных членов политбюро, что сохраняют свое воздействие.

Но, «черный ящик» китайской политики продолжает выпускать сигналы, свидетельствующие об обострении внутриполитической борьбы. Таковой сигнал — это недавнешнее снятие с должности влиятельного партийного фаворита городка Чунцин Бо Силая, который осенью этого года был должен войти в состав неизменного комитета политбюро — орган из 9 человек, что управляет государством. Так как узнаваемый своими левыми взорами, поддержкой политики Мао Цзэдуна, также тем, что планировал комплот против ожидаемого грядущего фаворита КНР Си Цзиньпина

Кирилл Гольцмана

Кирилл Хольцман — управляющий проекта «Демократия и управление» в публичной организации «Регион Донбасс», которая является экспертным центром по разработке других подходов к гос политики, демократического правления и взаимодействия страны и штатского общества.

***

От редакции:

В верхах компартии Китая происходит борьба меж 2-мя внегласным фракциями: с одной стороны, Ху Цзиньтао и премьера Вэнь Цзябао, которые ратуют за реформы, а с другой — Цзян Цзэминя, куда заходит и упомянутый Бо Силай, которые установили в Китае репрессивный режим в последние годы. Так как группа Цзяна на данный момент теряет воздействие в партии, аналитики предрекают, что Китай начнет двигаться в сторону реформ политической системы.

Подробнее о последних событиях в Китае и беспримерную борьбу за власть читайте в спецрубриці Величавой Эры «Китайский режим переживает кризис».